Кари: Исследования

Дети Форньота

Автор: Шина Макграт (c)
Перевод: Анна Блейз (с)
 

Хорошо быть языческим королем: можно проследить свою родословную вплоть до какого-нибудь бога. Шведские Инглинги возводили свой род к Фрейру, а некоторые другие скандинавские династии — к Одину. При этом те же Инглинги и норвежские ярлы Ладе считали себя потомками бога и великанши: в первом случае — Фрейра и Герд, во втором — Одина и великанши Скади.

Многие задаются вопросом, почему короли похвалялись происхождением от великанов, если те представлялись опасными воплощениями хаоса. Но если рассматривать великанов как могущественных существ, связанных с первозданными силами, все становится на свои места. А если эти стихийные силы сочетаются с более рациональными силами богов, потомкам их и впрямь будет чем гордиться.

Однако оркнейские ярлы пошли еще дальше ярлов Ладе и объединили в своей родословной могущество великанов с властью предка по мужской линии. Они заявили о своем происхождении не от великанши, а от великана по имени Форньот. (Супруга его нигде не упоминается; не исключено, что Форньот порождал детей без посторонней помощи, подобно древнейшему великану Имиру.)

Имя его может переводиться по-разному: как «древний ютландец» или, возможно, «древний великан» (Forn-tr); как «рано извлекающий выгоду» или «рано разрушающий» (For-njótr); как «радующийся жертвам» (Forn-njótr)  или же как «древний ревун» (Forn-Thjótr)[1]. От него пошел целый род великанов, имена которых в большинстве своем связаны со снегом и холодом. (Первая женщина в этом роду, по имени Гои, появляется только в шестом поколении; в ее честь были названы один из месяцев древнескандинавского календаря, приходящийся на февраль-март, и жертвоприношение, совершавшееся в этом месяце — Гои-блот.)

У Форньота родилось трое сыновей: Хлер (Море), Логи (Огонь) и Кари (Ветер). Сына Кари звали Йокуль (Сосулька; или, по интерпретации Линдоу, Ледник) или Фрости (Мороз), а внука — Снер (Снег). У Снера, в свою очередь, было двое сыновей — Нор и Гор — и дочь Гои.

В другой версии (из источника под названием «Как заселялась Норвегия») эта родословная проработана подробнее. Здесь у Снера четверо сыновей: Торри, Фённ (Поземка), Дрива (Метель, Пурга или Буря с градом) и Мьёлль (Пороша)[2].

Впрочем, как указывает Линдоу, последние три имени — это существительные женского рода. Лотте Моц интерпретирует их как великанш[3], а Лангеслаг полагает, что это та же самая Дрива, на которой женился конунг Ванланди в «Саге об Инглингах», XIII[4].

Трудно сказать, какое влияние оказала на эту генеалогию теория Снорри об асах как выходцах из Азии, но примечательно, что Форньот и его потомки пришли с крайнего севера Скандинавии: «Одного конунга звали Форньот; он правил землями, которые назывались Финнланд и Квенланд. Это к востоку от залива, который на севере встречается с Гандвиком; мы называем его Хельсингьяботн» («Сага об оркнейцах», I)[5].

Бойреман полагает, что, возводя свою родословную к Форньоту, оркнейские ярлы тем самым подчеркивали свою автохтонность, независимость от «пришлых» богов — Одина и прочих асов. Вероятно, с этой целью они опирались на какую-то спекулятивную теорию наподобие тех, которые позже изложили Снорри и Саксон Грамматик: слово «асы» звучит похоже на «Азия», а значит, асы пришли из Азии.

Едва ли они могли предвидеть, что сотни лет спустя бурная дискуссия о чужеродности Одина возникнет вновь и что сторонники этой теории будут опираться на серьезные археологические и лингвистические свидетельства![6] По словам Бойремана, оркнейские ярлы стремились представить себя потомками «некоего древнего коренного рода, восходящего к мифическому прошлому, и что кровь их не разбавлена пришельцами с юга. Вдобавок, словно подчеркивая эту мысль еще раз, создатель “Саги об оркнейцах” выбирает для оркнейских ярлов сверхчеловеческих предков не из числа богов — легендарных основоположников рода Харфаргов, “официальной” династии норвежских конунгов, — а из числа их заклятых врагов, великанов»[7].

В поддержку этой гипотезы говорит и отсутствие женщин в числе мифических родоначальников оркнейской династии: тем самым акцентировалось отличие от ярлов Ладе — потомков изнеженного южанина и великанши Скади. Еще одно интересное соображение по поводу подобной чисто мужской родословной высказывает Бойреман: он полагает, что маскулинность содержащихся в ней имен и семантическая связь их с первозданными стихиями намекает на близкое родство с древнейшим великаном, Имиром[8]. Ведь Имир возник из огня, воздуха и воды, и эти же три первичные стихии Форньот фактически разделил между своими сыновьями. (Некоторые современные язычники рассматривают сыновей Форньота как воплощения первичных стихий, иногда добавляя к ним кого-то четвертого как олицетворение земли — чаще всего женского пола.)

Итак, если представить себе сыновей Форньота как тех, кто распространил первичные стихии по всему миру, то перед нами возникнет образ агрессивных и подвижных существ, от которых в конце концов произошли агрессивные и подвижные оркнейские ярлы. Подобная родословная позволяла этим ярлам притязать на высокий статус, не уступающий тому, которым обладали воинственные конунги Норвегии[9].

Что касается ассоциаций с Имиром, то они прекрасно вписываются в «зимнюю» тематику этой генеалогии, по поводу которой Лангеслаг пишет: «То, что автор [“Саги об оркнейцах”] решил поставить у истоков норвежского и оркнейского правящих домов квинтэссенцию зимы (frosti, snaer, thorri), означает, во-первых, что зиму он считал средоточием скандинавской культуры, и, во-вторых, что связь с этим временем года воспринималась как нечто благородное или желательное»[10].

Далее Лангеслаг проводит параллель между «Сагой об оркнейцах» и Младшей Эддой, в основном тексте которой (вопреки прологу, содержащему ученую теорию о троянском происхождении Одина и асов) излагается более традиционная версия, гласящая, что великаны и боги восходят к общим предкам. От Имира, возникшего при таянии первозданного льда, пошло племя хримтурсов — инеистых великанов, а сын еще одного древнего существа, высвобожденного коровой Аудумлой из того же льда, берет в жены одну из великанш и становится родоначальником асов[11].

Следует, однако, отметить одно важное различие. Ни в «Саге об Инглингах», ни в Младшей Эдде Снорри не упоминает ни о каких связях богов с жителями «Финнланда» — северной оконечности Скандинавии. Таким образом, мотив таинственного и магического севера, фигурирующий в «Саге об оркнейцах», у него отсутствует.

 

[1] Lindow, John. Norse Mythology: A Guide to the Gods, Heroes, Rituals and Beliefs. OUP, New York and Oxford, , 2001, p. 119.

[2] Langeslag, Paul Sander. Seasonal Setting and the Human Domain in Early English and Early Scandinavian Literature. Diss. 2012, p. 34.

[3] Motz, Lotte. “Giantesses and their Names”. // Frühmittelalterliche Studien, 15 (1981), p. 501.

[4] Langeslag, p. 36.

[5] Пер. Т. Ермолаева.

[6] Hultgård, Anders, Odin — an immigrant god in Scandinavia? 2009, n.d.

[7] Beuermann, Ian. “Fornjótr’s Descendants. Reading Orkneyinga Saga’s Origin Myth” (abstract). // Pre-Prints of the Fifteenth Saga Conference, Sagas and the Use of the Past. Eds.A. Mathias Valentin Nordvig and Lisbeth H. Torfing, with Pernille Hermann, Jens Peter Schjødt and Ulla Loumand, 2014, p. 116.

[8] Ibid.

[9] Ibid., p. 118—119.

[10] Langeslag, p. 35.

[11] Ibid., p. 36.

Sheena McGrath (c)
Перевод: Анна Блейз (с)

Лицензия Creative Commons
Настоящий перевод доступен по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.

Новости

25.04.2017

Новинка в магазине: оракул "Советы Лосося Мудрости". 

31.03.2017

В магазин добавлена книга "Язык Вирда: второй атт" - вторая из серии хрестоматий, посвященных работе с рунами как мантическим и магическим инструментом.

19.03.2017

Открыт набор на учебные курсы Таро.

18.03.2017

Таролог и маг Тива Гьёф объявляет о наборе новой учебной группы по Таро.

18.03.2017

Набор слушателей на спецкурс Алекса Осипова "Маски Таро: способы ориентации и выживания в современном социуме".